Book.od.ua Книги для вашего бизнеса



Одесская библиотека бизнес литературы
полезные книги для бизнеса

9.23. Смелый новый мир хеджевых фондов. Часть Двадцать Третья.

Хотя одного этого пресс-релиза было достаточно, чтобы “покончить” с Гатфрендом, окончательно его судьба решилась после того, как он не поставил совет директоров в известность об очередном письме, полученном им от Федерального резервного банка — письме, в котором был сделан запрос на предоставление в течение десяти дней всей документации обо всех “неправомерных действиях, правонарушениях и случаях недосмотра”. В нем также говорилось, что в случае, если все эти проблемы не будут удовлетворительно разрешены, это может положить конец бизнес-взаимоотношениям между Salomon и Федеральным резервным банком. Иными словами, Salomon может быть отказано в статусе первичного дилера (дилер по правительственным облигациям, имеющий право покупать вновь выпущенные бумаги непосредственно у Казначейства), что вырвет из-под ног фирмы базу ее операций с бумагами с фиксированной доходностью.

Позднее Баффетт узнал: Корриган ожидал, что данное письмо будет скорейшим образом передано директорам Salomon, которые, как он был убежден, тут же поймут, что им необходимо менять верхушку менеджмента. И когда директора ничего подобного не предприняли, Корриган расценил это как акт неповиновения. На самом же деле все было проще — они просто по-прежнему пребывали в неведении. Баффетт слыхом не слыхивал о каком-либо письме федералов; прошла целая неделя до того, как у него состоялась беседа с Корриганом, и то он на ней признался только в том, что ему известно о запросе Федерального резервного банка о предоставлении информации по делу. По сути, письмо попало ему в руки только спустя месяц, после того, как Корриган сказал об этом документе на слушаньях в Конгрессе.

По мнению Баффетта, Федеральный банк счел, что его письмо просто проигнорировали, и это вылилось в волну ярости, с которой регулирующие органы через несколько дней обрушились на Salomon. По словам Баффета, в “серьезнейших проблемах”, которые Гатфренд, Стросс и Фьюерштейн в течение нескольких месяцев утаивали от совета директоров, недостатка не было. А они в это время вели себя как ни в чем не бывало, будто все идет как надо. Однако тот факт, что письмо Федерального резервного банка не было представлено совету директоров, возымело эффект “атомной бомбы”. Или, по образному выражению Баффета, “Федералы, понятно, расценили это как то, что директора присоединились к менеджменту компании в их попытке плюнуть им в лицо”.[6]

На следующий день Salomon опубликовала пресс-релиз, в котором признавала “явные правонарушения в связи с подачей предложений цен на аукционах ценных бумаг”. В нем был подробно описан ряд нарушений и заявлялось, что Salomon уволила в связи с ними двоих управляющих директоров из отдела торговли государственными ценными бумагами и еще двух сотрудников фирмы.

Именно в этот день Гатфренд и Стросс открыто признали, что руководство компании знало о подложных заявках на аукционе Казначейства США еще с конца апреля. Через пять дней Salomon был опубликован еще один пресс-релиз, в котором впервые открыто говорилось о том, что Гатфренд, Стросс и Меривейтер “еще в конце апреля были проинформированы одним из отстраненных от дел управляющих директоров фирмы о том, что в 1991 году, на февральском аукционе казначейских векселей с пятилетним сроком погашения было подано несанкционированное предложение”.

В следующее воскресенье на специальном собрании совета директоров Гатфренд, Стросс и Меривейтер подали заявления об уходе. На следующей неделе с поста главного юрисконсульта фирмы уволился и Фьюерштейн.

Гатфренд с презрением отверг предложенные ему “отступные” в размере 8 млн долл. и затеял арбитражное разбирательство, требуя выплаты в 55 млн долл. В итоге он рассчитывал сговориться на сумму приблизительно в 15 млн долл., которая, с его точки зрения, причиталась ему по его опционам и пенсионным выплатам. Но дальнейшие переговоры ни к чему не привели. Арбитражная комиссия пришла к безоговорочному выводу (хотя об этом и не было объявлено публично), что неэффективный менеджмент Гатфренда, который чуть не стоил Salomon “жизни”, вряд ли заслуживает какой-либо дополнительной компенсации. А фирма пошла еще дальше, заявив, что своим бездействием Гатфренд ввел совет директоров в заблуждение и, по сути, пошел на прямой обман, следовательно, его вполне можно было бы уволить, что называется, “по статье”. А учитывая толпы разгневанных акционеров и множество судебных исков, поданных на фирму после скандала с Казначейскими аукционами, это решение вообще было не слишком важным — даже если бы Salomon и захотела выполнить требование Гатфренда, она все равно не смогла бы этого сделать; ей просто нечем было бы с ним расплатиться.


Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

<< Предыдущая статьяСледующая статья >>
9.22. Смелый новый мир хеджевых фондов. Часть Двадцать Вторая. 9.24. Смелый новый мир хеджевых фондов. Часть Двадцать Четвёртая.





Убедительная просьба при использовании любых материалов Одесской электронной бизнес-библиотеки ставить активную ссылку на наш сайт. По всем вопросам касательно сайта пожалуйста пишите на почту
      Карта сайта