Book.od.ua Книги для вашего бизнеса



Одесская библиотека бизнес литературы
полезные книги для бизнеса

2.15. Демоны 1987 года. Часть Пятнадцатая.

Ущерб, нанесенный фондовому рынку, усугублял тот факт, что многие крупные институты увеличили пакеты акций, надеясь, что портфельное страхование защитит их от возможных потерь. И ущерб не ограничился Соединенными Штатами, хотя непосредственной причиной обвала стал кризис ликвидности, который был исключительно американским явлением. Инвесторы на зарубежных рынках не смогли удержаться от вывода, что такой масштабный спад стал следствием какой-то важной новой информации, которая каким-то образом скрылась от их внимания в близкой к панической атмосфере этого дня. И хотя эпицентром стали потери по акциям, ущерб был нанесен и другим финансовым инструментам.

Все эти безумные действия привели к почти катастрофической ситуации даже в такой “тихой заводи”, как вспомогательная деятельность финансов и клиринга. Глава финансово-операционного подразделения Morgan Stanley Луи Бернард на следующий день вышел на работу в 7 часов утра и увидел на своем столе кипу срочных сообщений от трех банков, увеличивающих свой капитал за счет действий на внутреннем и внешнем валютных рынках, а не за счет вкладов, и от Федерального резерва. Morgan Stanley задолжала 700 млн долл. по прибылям на фьючерсы, которые не поступили на биржу. Некоторые крупнейшие кредиторы фирмы и федералы считали, что Morgan Stanley может объявить о дефолте. Хотя им были направлены подтверждения того, что деньги уже разосланы, но по каким-то причинам где-то в пути потерялись. Через несколько часов выяснилось, что где-то в дебрях чикагского Continent Bank оператор телекса, заваленный кипами бумаг, которые ему надо было обработать, второпях отодвинул пачку документов на край стола, чтобы заняться ими завтра. В этой пачке и оказался трансферт на 700 млн долл., выписанный Morgan Stanley.

Как известно, герои проявляют себя именно во времена паники и сильных потрясений. В нашей ситуации одним из таких героев стал Джон Мэк, глава отдела бумах с фиксированной доходностью Morgan Stanley. Мэк был очень общительным менеджером с небольшой командой, состоящей из верных и надежных друзей, большинство из которых, как и сам Мэк, были фанатами гольфа. Иногда, когда я находился в их обществе, мне казалось, что я официант в загородном гольф-клубе. Глава отдела кадров сказал как-то так: “Чтобы добиться успеха в этом подразделении, не надо быть другом Джона. Достаточно просто быть другом одного из его друзей”. Однако лидерский инстинкт Джона всегда брал верх над соображениями политической логики. Он взял на себя бразды правления, чтобы справиться с кризисом в сфере портфельного страхования, в то время как другие бизнес-руководители, которые должны были это сделать, в страхе попрятались по углам. Это привело к очень странному результату — к тому, что величайшим крахом акционерного рынка, какой только может ударить по фирме, управлял глава подразделения бумаг с фиксированной доходностью и небольшая группа опционных трейдеров, специализирующихся на облигациях.

Как только мне стал понятен механизм обвала рынка, стало очевидно: хотя моя роль заключалась в реализации программы страхования портфелей, я очень сильно помог началу этого кризиса. Как это ни странно, на домашнем фронте все шло более-менее по-прежнему, без особых изменений. Мои клиенты потеряли деньги, как все люди, которые использовали стратегию портфельного страхования, но они знали, на что шли. Я затратил очень много сил и времени, чтобы объяснить им, что это программа хеджирования, и, если рынки не смогут обеспечить необходимую защиту, ничего не поможет. Нельзя сказать, что им это очень нравилось, но они знали, что мы только что пережили ситуацию, в которой хеджирование на рынке было практически невозможным, и почти никто из них не жаловался мне на результаты использования этой программы.

При этом, однако, никто из них не собирался опять пользоваться этой услугой. Наши внутренние хеджи для долгосрочного опционного бизнеса были не более успешными, чем портфели нашего клиента, о котором мы рассказали выше. Неспособность обеспечить хедж и резкое повышение волатильности рынка означали, что для хеджирования этих опционов нам потребуются намного большие издержки, чем мы ожидали, когда их продавали. Но в конце концов мы возместили значительную часть этих расходов благодаря активной торговой деятельности, вызванной значительным повышением волатильности рынка.

Были и светлые моменты: например, ценность опционов пут с проигрышем (опцион, цена исполнения которого ниже текущей рыночной цены финансового инструмента, лежащего в его основе, что делает его приобретение убыточным. — Примеч. перев.), в которые Питер Палмедо вложил 60 000 долл., выросла многократно. Люди, отчаявшись защитить свои позиции, в конце концов начали делать предложения о покупке опционов пут, которые Питер приобрел несколькими неделями раньше. Из-за глубоких расхождений рынок опционов был практически блокирован, и вместо того, чтобы проводить опционные торги, Чикагская опционная биржа занялась ротацией. Опционы на торгах предлагались поочередно. При каждом объявлении об изменении в очередности маркетмейкеры, подобно стаду, переходящему от водопоя к водопою, толпой перемещались по залу, и каждый раз Палмедо распродавал новую порцию своих опционов.


Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

<< Предыдущая статьяСледующая статья >>
2.14. Демоны 1987 года. Часть Четырнадцатая. 2.16. Демоны 1987 года. Часть Шестнадцатая.





Убедительная просьба при использовании любых материалов Одесской электронной бизнес-библиотеки ставить активную ссылку на наш сайт. По всем вопросам касательно сайта пожалуйста пишите на почту
      Карта сайта